anariel_rowen (anariel_rowen) wrote in ru_tolkien,
anariel_rowen
anariel_rowen
ru_tolkien

Categories:
Я написала немного про то, что надо учитывать при интерпретации текстов Толкина.
Уж сколько раз твердили миру, а воз все ныне там.
К вопросу об интерпретации текстов Толкина

Удивительно, что приходится поднимать этот вопрос снова, но, видимо, это своего рода неизбежность: периодически всплывают на свет божий какие-нибудь типа исследования типа «неправда все в Сильмариллионе\ВК». Или в более мягкой форме: «естественно, так, как сказано в тексте, быть не могло, а было так-то и так-то».
Это раздражает. Так что я выступлю в жанре Капитана Очевидности и расскажу, почему это раздражает и почему такие «исследования» являются исследованиями исключительно в кавычках.
Дамы и господа, оглянитесь вокруг – и вы увидите реальный мир. Данный нам в чувствах, ощущениях и т.д. Воспринимаем мы его примерно одинаково, а вот относительно его телеологии и теологии мнения разнятся, и пока еще никто не смог объективно, как дважды два четыре доказать, что его представление о сотворении\возникновении нашего мира более правильное, чем у оппонента. Таким образом, объективной истиной о теологическом и телеологическом устройстве нашего мира мы не обладаем. Только субъективной, увы и ах (или не «увы и ах», тут тоже мнения расходятся).
А теперь, дамы и господа, давайте посмотрим на мир Толкина. Ха, скажете вы, как же на него можно посмотреть? И вы будете правы, потому что для нас мир Толкина явлен через тексты, рисунки и пояснения автора. Мы смотрим на него снаружи. И даже те, кто уверяют, что они вот прямо только что из Арды и немедленно туда вернутся, они тоже смотрят на Арду снаружи. Пусть даже для признания этого факта им придется некоторое время побыть в комнате с мягкими стенами, одетыми в рубашку со слишком длинными рукавами.
Главное следствие таково: для нас Арда существует только и исключительно как мир, созданный текстами Толкина. Это не тексты о мире (как, например, энциклопедия, рассказывающая нам о нашем мире), это тексты, образующие мир. Это принципиальный момент. Отказ считаться с этими текстами означает, что человек отказывается иметь дело с Ардой Толкина, а вместо нее придумывает свою, удобную ему Арду. Потому всякий серьезный и претендующий на научность (= логичность, несводимость к узкокружковым взглядам) разговор или исследование будут основаны на безоговорочном признании текстов. Так что, уважаемые читатели, как только вы видите фразы типа «а это суждение текста мы сочтем и идеологическим суждением, а не фактом», можете быть уверены: к миру Толкина подобное построение отношения не имеет,
Конечно, без оговорок тут не обойтись: Профессор был живой человек, ему случалось менять свою точку зрения, случалось ошибаться или просто описываться. Кроме того, в некоторых случаях он сам оговаривал неполноту собственных текстов. Но в рамках этих оговорок приличный текстолог и должен держаться.
Однако многих тянет дальше: разоблачить сомнительную логику Толкина (ну как это нарготрондцы могли отказаться пойти с Финродом на верную гибель?), его сомнительные факты (как это Маэдрос 20 лет провисел на скале? Не может быть) или не менее сомнительную систему ценностей (не могут быть Верные из «Тал-эльмара» положительными персонажами, раз собираются согнать местных с их земли).
Тут следует понимать один технический момент: если вы отказываетесь считаться с неким фрагментом мира Толкина, вы тем самым уходите с поля общей дискуссии. Потому что таких миров – отличающихся от толкиновского одной деталью – можно наплодить миллиарды и миллиарды. И, собственно, бессмысленно их обсуждать – это удовольствие исключительно для автора идеи и его узкого кружка. Только держась общего поля – т.е., признавая все факты текстов – можно внести в обсуждение и анализ мира Толкина нечто новое и полезное для всех участников. Если кому-то это кажется скучным и неинтересным – пожалуйста, пишите фанфики. Или пропагандистские статьи. Только не надо выдавать их за исследования мира Толкина.
По этому поводу выдвигается следующее возражение: «Но позвольте, мир Толкина явлен нам через внутримировые тексты, авторы которых могли намеренно или ненамеренно искажать истину. Это значит, мы имеем право пытаться реконструировать ситуацию, стоящую за текстами и от них отличную».
Здесь надо начать с того, что Толкин со всей отчетливостью не шизофреник и не постмодернист. Его «внутримировые авторы» - достаточно прозрачные маски, функция которых в основном сводится к предоставлению информации о мире. Поэтому дикой представляется мысль, будто посредством этих внутренних авторов Толкин обманывает своих читателей («да, я знаю, что гондорские следопыты пытали пленных харадрим, но я об этом читателю не скажу!»). Да, кое-какие ограничения и искажения, связанные с внутренним авторством, будут иметь место. Но эти ограничения либо так или иначе оговорены, либо НЕ НОСЯТ ИДЕОЛОГИЧЕСКОГО ХАРАКТЕРА. Практически единственное исключение касается авторства «темной стороны»: да, существует идеологически окрашенный перевертыш легенды об Эарэндиле – авторства Саурона (в «Утраченном пути»). Но поскольку основная масса информации о мире подана не через Врагов и их прихвостней, она не искажена.
Более того, даже если бы Профессор был посмодернистом и создавал свой мир через тонкое и просчитанное взаимодействие внутримировых текстов, их противоречий и нестыковок, для фрагментов\текстов с уникальной информацией (т.е., когда данный факт приводится только в этом тексте) установить отличие мира от текста все равно было бы невозможно…
Конечно, есть авторы или персонажи более или менее авторитетные – очевидно, что базар Голлума или Уст Саурона надо фильтровать. Но также очевидно, что информация, исходящая от положительных героев и не опровергнутая ничем, будет объективной и точной информацией о мире. Сам Толкин относился к высказываниям своих положительных и авторитетных персонажей, как к своим собственным: то есть, если обнаруживал противоречие, то правил противоречие в пользу такого персонажа.
Следующее возражение: «Мы ведь можем пытаться реконструировать ситуацию, стоящую за земными письменными источниками, зная, что источник заведомо неполон и неточен. Почему мы не можем так поступать с Ардой?». Потому что см. начало: наши тексты, тексты об Арде, создают для нас мир, а не являются просто документом о мире (как земные летописи, скажем). Более того, для исторического периода, для которого существует художественный источник, в качестве источников будут существовать: художественные произведения; служебные тексты (эпитафии, надписи и проч.) и рисунки, могильники, в конце концов. Из этого добра извлекается масса информации. Если же помимо художественного текста никакой информации неизвестно, этот текст в качестве исторического источника не рассматривается (Махабхарата), разве что фриками. Поскольку мы лишены возможности провести в Арде археологические раскопки или самолично поработать в Минас-тиритской библиотеке, увы, никакой реконструкции «ситуации за текстом» создать нельзя. Еще раз уясним разницу между миром Толкина и нашим: для нашего мира априори худ. текст - переработка действительности и неполное ее отражение, проверяемое другими свидетельствами информационного и материального порядка. Для мира, созданного литературным произведением, эти литературные произведения и есть мир, а не отражение мира. Для тех, кто находится за пределами этого мира. Если исследователь, находясь за пределами мира, делает вид, будто он находится внутри мира, это «детский сад-штаны на лямках».
И тем не менее, некоторые берут на себя смелость не считаться с толкиновским текстом и самочинно реконструировать «ситуацию за текстами». Как было показано выше, теоретически невозможно, чтобы подобная реконструкция была научной и общезначимой. Но тут интересно другое: на основе чего люди полагают возможным реконструировать чужой мир, отбрасывая тексты, которыми он создан?
Как правило, это делается на основе неотрефлектированных пожизненных представлений о мире, т.е., предпосылок, которые полагаются априорными и потому не анализируются и воспринимаются некритически.
Между прочим, такой подход даже в земной исторической науке чреват тупиком и ошибками: потому что люди, жившие в другие времена и в других странах, обладали представлениями и менталитетом отличными от наших собственных. И приличный историк никогда не будет думать, к примеру, что шумерам или древним германцам было свойственно такое же восприятие времени или мироздания, что и нам. Многие знаменитые историки прилагают массу усилий, пытаясь понять, как именно думали люди Средневековья, или те же древние германцы. После этого, по-моему, надо быть очень самоуверенным человеком, чтобы без критики и рефлексии переносить в Арду собственное представление о мире.
…Давеча я беседовала с юным существом непаспортного пола о мистериальных РИ, и существо мне заявило, что на логику текстов Толкина (речь шла о поведении сыновей Фэанора в Нарготронде) ему плевать: ведь это нелогично, существу виднее. Человеку не пришло в голову, что он живет в совершенно другом мире; что ему не 300 и даже не 30 лет; что он не бессмертен; что он не мужчина; что он не жил в раю и не общался с ангелам-хранителями мира, не убивал, не видел Сильмариллей или орков. И тем не менее, все это не мешало существу ставить свою логику выше толкиновских текстов.
Так что если нет желания уподобиться этому существу, пусть исследователь осознает, что Арда отличается от Земли по множеству самых разных параметров; что надо как следует продумать, будет ли анализируемый факт\параметр отличаться или нет – и почему. В конце концов, все просто: Толкин жил в другой стране, с другим социальным строем, в другое время, он писал основной корпус текстов, будучи весьма зрелым человеком; он воевал; он родил и воспитал кучу детей; он был очень образованным человеком, преподавателем университета; он говорил на древних языках. Все это не могло отразиться на созданном им мире. И все это мы, люди совсем другого времени, истории и общества, должны принимать во внимание, если хотим сказать что-то ценное о мире Толкина.
Одно из самых распространенных «узких мест», т.е., таких моментов, где наблюдается наибольшее отличие представлений Толкина от среднестатистических представлений русскоязычной толкинутой тусовки – это вопрос о власти.
Даже если на первое место поставить религию как первое и главное узкое место, видно, что вопрос власти очень тесно связан с «религиозным». Собственно, отечественные центробежные рецепции (т.е., писульки в стиле «нэ так всо это было») – типа ЧКА, Перумова и проч. – как раз расходились с Толкином в вопросе о власти и ее источнике.
Очень легко увидеть, почему возникли такие представления. Для среднестатистического советского человека слово «власть» - ругательное, по причине нашей тяжелой и мрачной истории и специфических отношений власти с народом. Сразу сами по себе приходят на ум и Слава КПСС, и архипелаг ГУЛАГ, и 37 год, и ложь в государственном масштабе, и удвоенный ВВП, и коррупция, и менты, расстреливающие людей, и тому подобное.
Для Толкина слово «власть» тоже зловещее («Кольцо Власти»), но у него есть оговорка – если оно не относится к Богам (=Валар). Таким образом, для Толкина существует благая и правильная власть – идея, советскому человеку малодоступная. У Толкина правильная власть имеет своим источником Единого – это советскому человеку, почти всегда атеисту, переварить почти невозможно, советский человек не в состоянии поверить в «хорошую власть»: отсюда общераспространенное непонимание роли Валар и приписывание им всякой гадости. Именно этим и объясняется распространенность взглядов вроде тех, что легли в основу ЧКА. Можно даже сказать, что то, что советский человек понимает под «властью» в Арде – власть Моргота или Саурона. Или, на худой конец, старосты Могру.
По этой причине исследователю очень важно отрефлектировать свое отношение к власти и четко понять, чем представления Толкина отличаются от наших. Напомню: Толкин жил в стране с древними традициями суда присяжных, стране с давними традициями представительского – парламентского правления, ограниченной монархии, стране, где появились первые в истории представления о правах человека (Хартия вольностей). Логично, что его представления о власти отличаются от тех, которые имеет человек, выросший в стране, где на смену практически неограниченной монархии пришла столь же мало ограниченная тоталитарная диктатура, где рабство официально было отменено всего 150 лет назад, а неофициально существовало еще полвека назад, и где идея прав человека до сих воспринимается как странный выбрык? Мы все потомки мордорских рабов, по большому счету, и давайте не будем исходить из того, что мы все Люди Запада или даже эльфы.
С властью в мире Толкина связаны многие другие осложнения. В Арде источником власти (как и всего остального) является Единый. Это значит, что КРИТЕРИЕМ ПРАВИЛЬНОСТИ И ХОРОШЕСТИ ВЛАСТИ ЯВЛЯЕТСЯ НЕ ЕЕ СООТВЕТСТВИЕ НЕКИМ МОРАЛЬНЫМ ЗАКОНАМ, А ЕЕ СООТВЕТСТВИЕ ВОЛЕ ЕДИНОГО.
Тут у среднестатистического толкиниста начинается полный затык, и неспроста: такого представления о власти и Боге в реальной жизни придерживаются полные отморозки и маргиналы, вроде шахидов. Это полностью противоречит теоретическому представлению о здешней правильной власти: такая власть мыслится как подчиняющаяся моральным законам.
На самом деле, конечно, все не так страшно: у Толкина воля Единого как-то оказывается на одной стороне с моральными законами. И тем не менее, важно, что власть основана не на морали как таковой. Скорее, ее соответствие морали – результат соответствия воле Единого.
Конечно, тут возникают казусы: например, Верные нумэнорцы, положительные персонажи, которые собираются – с явного попустительства автора – согнать с земли народ Тал-эльмара. Нумэнорцы воюют с Сауроном, а воевать с тем, кто претендует на божественные почести, в Арде означает выполнять волю Единого.
И потеря или приобретение власти легитимности связаны не с облико морале ее носителей, а с тем, насколько они соответствуют воле Единого (проявленной, в частности, как иерархия власти в Арде). Потому падение Нумэнора – это не моральное падение, а поклонение Морготу и мятеж против Валар. А «идеология» (читай: искажение истины в угоду власть предержащим) в Арде – это привилегия Врагов и иже с ними. Противоположная сторона в этом просто не нуждается.
Тут многое можно сказать и многое уже было сказано – имеющему уши и голову остается только услышать и подумать. А в
общем, можно сказать так: толкиновский мир – это мир, чья прелесть заключается в его инаковости, в его отличии от нашего мира. Если исследователь будет затирать эти отличия, в его руках вместо живой бабочки – Арды – окажется трупик давно сдохшего мотылька.
Dixi

23.06.10
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 178 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →